К субсидиарной ответственности не привлекут никого из контролирующих лиц «Аткарского маслоэкстракционного завода», ни основателя ГК «Русагро» Вадима Мошковича, ни бенефициара холдинга «Солнечные продукты» Владислава Бурова.
К ответу по долгам «Аткарского МЭЗа» кредиторы и конкурсный управляющий требовали привлечь ООО «Торговый дом «Солнечные продукты», ООО ГК «Русагро», Вадима Мошковича, Владислава Бурова, а также бывших руководителей торгового дома Олега Подгорного и Андрея Коваленко. С Вадима Мошковича ответственность снял саратовский арбитраж еще определением от 27 декабря 2021 года. Больше к этой теме инстанции не возвращались.
Теперь суды изучали исключительно вопрос, подлежит ли субсидиарке Владислав Буров, на которого ее ранее возложили. После того, как дело вернул суд в Казани, областной арбитраж 25 июня и вслед за ним 12 ААС 9 сентября этого года пришли к выводу, что Буров не должен отвечать за свою компанию, а ГК «Русагро» не могла ее не обанкротить.
Напомним, что сейчас Мошкович находится под стражей по обвинению в мошенничестве и преднамеренном банкротстве. И в основу уголовного дела легла именно история с активами «Солпро». На субсидиарке для самого Мошковича настаивают независимые кредиторы «Аткарского МЭЗа», в том числе концерн «Сингента». Производитель средств защиты растений имел немалые претензии к предприятию, и лично к Мошковичу, с последнего он требовал 1 млрд рублей. В уголовном деле основателя «Русагро» компания «Сингента» признана потерпевшей стороной.
Тему субсидиарной ответственности в банкротстве «Аткарского МЭЗа» подняла сама же группа «Русагро». Инициаторы банкротства пытались возложить ее целиком на Владислава Бурова. Произошло это после того, как в 2018 году «Русагро» скупила сначала акции «Солнечных продуктов», а потом их долги перед Россельхозбанком. Результатом сделки должно было стать СП, где долю бы имел и Буров. Но все обернулось тотальным банкротством предприятий саратовского холдинга.
В 2022 году инициаторам банкротного дела удалось добиться своего, действия «Русагро» с давальческими схемами переработки сырья на заводе суды первых двух инстанций признали инвестициями. Однако окружной арбитраж в Казани решение отменил и вернул дело обратно в Саратов. При повторном рассмотрении дела суды в Саратове заключили, что отвечать финансово за завод в Аткарске не должен вообще никто.
Свои выводы суды теперь строили на заключениях окружного арбитража в Казани. Который установил, что «начиная с 03.10.2018 отношения ГК «Русагро» и ГК «Солнечные продукты» приобрели характер аффилированности и взаимозависимости, в связи чем ООО «Группа компаний «Русагро» стала фактически контролировать деятельность АО «Аткарский МЭЗ». Период фактического контроля Владислава Бурова над холдингом, пришел к выводу окружной суд, закончился 3 октября 2018 года, далее эта роль перешла к «Русагро».
С таким бэкграундом вопрос о субсидиарной ответственности вернулся в саратовские суды. В итоге 12 ААС сделал следующие выводы: сам факт наличия контроля над предприятием еще не означает, что контролирующие лица совершили какие-либо действия, повлекшие невозможность компании гасить долги.
Добиваясь субсидиарки для Владислава Бурова, ГК «Русагро» упирала на якобы предбанкротное состояние всего холдинга на момент совершения сделки 2018 года. Но, как отмечает суд, ни у ТД «Солнечные продукты», ни у «Аткарского МЭЗа» просроченной кредиторской задолженности в 2016-2018 годах не было.
«Вывод экспертов о неспособности на дату 31.12.2015 компаний Холдинга «Солнечные продукты» в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над стоимостью его активов, не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Эксперты не устанавливали рыночную стоимость активов на 31.12.2016, 31.12.2017, 31.12.2018», - говорится в заключении 12 ААС.
Что же касается долгов холдинга перед Россельхозбанком, которые ГК «Русагро» скупила, то «к моменту передачи прав требования обществу «Русагро» ни по одному из кредитных договоров срок исполнения обязательств по возврату кредита не наступил, не имелось просроченной задолженности по оплате процентов».
Антикризисный план по снижению долговой нагрузки холдинга у Владислава Бурова имелся, напрасно ГК «Русагро» утверждала обратное, отмечает суд. Но при этом группа Мошковича отвечать за судьбу «Аткарского МЭЗа» тоже не должна. Потому у «Солнечных продуктов «возникли долги по кредитному договору и контролирующее лицо было обязано инициировать процедуру банкротства». О роли лично Вадима Мошковича в определениях саратовского арбитража и 12 ААС не упоминается.
Между тем, активы «Аткарского МЭЗ», сейчас принадлежащие ООО «Русагро-Аткарск» (выручка 2025 года - 16,6 млрд рублей), теперь контролирует государство. 5 мая этого года Хамовнический суд Москвы удовлетворил иск Генпрокуратуры РФ и изъял больше половины акций ГК «Русагро» в пользу РФ. С 28 мая группой управляет ООО «РСХБ – Финанс», структура Россельхозбанка, долги перед которым и стали поводом для банкротства всех «Солнечных продуктов». В том числе под управлением «РСХБ – Финанс» оказался бывший «Аткарский МЭЗ», ныне - «Русагро-Аткарск». Правда, Мосгорсуд частично изменил решение от 5 мая и постановил вернуть 14 млн обыкновенных акций ГК «Русагро» на сумму порядка 1,5 млрд рублей Сергею Трибунскому — племяннику Вадима Мошковича. Суд заключил, что тот покупал их сам, по рыночной цене, в рамках публичного размещения.
Маргарита Нерода
