Bloomberg: экономика южно-азиатских стран в раздрае. Проблемы могут спровоцировать мировой кризис — как 25 лет назад

Девальвация в Таиланде в 1997 году привела к краху мирового рынка. Похожий сценарий может развернуться и сегодня, пишет издание.

Пакистан пытается получить финансовую помощь, чтобы предотвратить дефолт по долгам, поскольку его валюта резко падает. Бангладеш запросил упреждающий кредит от Международного валютного фонда. Шри-Ланка объявила дефолт по своему суверенному долгу, а следом рухнуло ее правительство. Даже в Индии курс рупии упал до рекордно низкого уровня из-за стремительного роста дефицита торгового баланса.

Экономические и политические проблемы сотрясают Южную Азию этим летом, вызывая леденящие кровь воспоминания о беспорядках, охвативших восточный регион четверть века назад, во время так называемого азиатского финансового кризиса.

Тогда то, что казалось локальным событием — девальвация бата в Таиланде в июле 1997 года из-за борьбы с валютными спекуляциями — распространилось как вирус в Индонезию, Малайзию и Южную Корею. Охваченные паникой кредиторы потребовали досрочного погашения займов, а инвесторы отказались от акций и облигаций на развивающихся рынках, в том числе в Латинской Америке и России, которые объявили дефолт по части своих долгов в августе 1998 года.

Месяц спустя хедж-фонд Long-Term Capital Management, который делал ставки с высокой долей заемных средств на российские и азиатские ценные бумаги, потерпел фиаско.

Работники приостановивших деятельность финансовых компаний митингуют у Банка Таиланда в Бангкоке 12 ноября 1997 года. Фотограф: Апичарт Виравонг/Reuters

Может ли это повториться? Подобное развитие событий вполне вероятно, считает Аммар Хабиб Хан, директор по управлению рисками в Karandaaz Pakistan, некоммерческой организации из Исламабада, которая занимается расширением доступа к финансовым услугам. Страны Южной Азии «за последние 10 лет устроили большую вечеринку благодаря дешевым долларовым кредитам, часто финансируя потребительские и тщеславные проекты», — говорит он. «Атмосфера, царящая сейчас в Южной Азии, сильно напоминает ту, что была в Юго-Восточной Азии в 1997 году».

Линии разлома начали проявляться этой весной, когда Федеральная резервная система США ускорила повышение процентных ставок для борьбы с инфляцией. Это привело к тому, что в Южной Азии, где также бушует инфляция, случился эффект домино. Легкие деньги иссякли, валюты обесценились, а резервы испарились.

Затяжной кризис подорвет динамику региона, где проживает четверть населения мира, а также его самую быстрорастущую и крупную экономику, Индию, что поставит под угрозу планы расширения для компаний, делающих большие ставки на этот регион, таких как Amazon.com Inc. и Walmart Inc.

Пока кажется, что заражение удается сдерживать. Одна из причин заключается в том, что в 1997 году экономическое чудо азиатских стран эффективно маскировало уязвимые места, которые сейчас не так распространены: слишком большой государственный и частный долг, слабые банки, крайне спекулятивные иностранные инвестиции. Страны Южной Азии также меньше должны иностранцам, поскольку для финансирования роста они больше занимали в местной валюте, чем в долларах, в отличии от соседних стран в конце 90-х.

МВФ, находящийся на различных стадиях переговоров с наиболее пострадавшими странами, также кажется более сдержанным. Международный кредитор ввел жесткие меры экономии в отношении пошатнувшихся правительств во время последнего кризиса. Эксперты говорят, что на этот раз он вряд ли будет следовать той же схеме.

«Я не думаю, что это будет стандартный ответ, такой как затягивание поясов», — говорит Рагурам Раджан, профессор Школы бизнеса Бута при Чикагском университете и бывший управляющий Резервного банка Индии. «Более бедные домохозяйства могут получить некоторую адресную государственную помощь, если мы хотим сохранить социальную гармонию».

Тем не менее, есть много опасных признаков. Регион пострадал от нехватки топлива и продовольствия, а также от всплеска инфляции, частично вызванной конфликтом России и Украины. Политические волнения вспыхнули в Шри-Ланке и Пакистане.

Государственное нормирование привело к непредсказуемым отключениям электроэнергии, которые длились до 12 часов в день в Пакистане и до пяти часов в Бангладеш. «Иногда свет гаснет вечером, иногда посреди ночи», — говорит 18-летний Шавон Мондол, студент колледжа из Мадхухали на юге Бангладеш, примерно в 145 километрах от Дакки. «Это помимо отключения электроэнергии в дневное время. Я не могу сосредоточиться на учебе».

Капитал бежит. По данным базирующегося в Вашингтоне Института международных финансов (IIF), даже страны, которые экспортируют товары и извлекли выгоду из сильного доллара в начале этого года, страдают от массового оттока инвесторов.

Валюта Пакистана, рупия, упала до рекордно низкого уровня и показала худшие результаты среди стран, отслеживаемых IIF. Его рейтинг суверенного долга находится глубоко на, так называемой, мусорной территории. Новая администрация повысила цены на дизельное топливо почти на 100%, а цены на электроэнергию почти на 50% за несколько месяцев в надежде получить финансовую помощь от МВФ.

Для увеличения доходов Пакистан также ввел налог для розничных торговцев, что вызвало протесты по всей стране. Когда пандемия разразилась, международные институты и другие страны «проявили большую заботу о мировой экономике», — считает министр финансов Мифтах Исмаил. — Сейчас этого нет. Он настаивает на том, что Пакистан выдерживает бурю благодаря добровольному сокращению бюджета и снижению спроса на импорт.

Водители рикш в Пакистане протестуют против высоких цен на топливо, 3 июня. Фотограф: К.М. Чаудари/AP

В Бангладеш, которая имеет устойчивый кредитный рейтинг и считается многими экономистами восходящей звездой среди так называемых пограничных экономик, нехватка топлива вызывает всеобщее беспокойство и раздувание счетов за импортные товары. Обычно устойчивая швейная промышленность, на долю которой приходится более 80% экспорта, сталкивается с энергетическим кризисом внутри страны и замедлением поступления заказов из-за рубежа. Бангладеш обратилась за помощью к МВФ, который, по словам официальных лиц в Дакке, является превентивной и не может быть приравнена к средствам экстренной помощи, которые запрашивают Шри-Ланка и Пакистан.

Проблемы Шри-Ланки самые сложные. Ее правительство было свергнуто на фоне массовых протестов против нехватки топлива и бесхозяйственности правительства. Стране еще предстоит выполнить условия для новой помощи МВФ, такие как соглашения кредиторов о сокращении существующего долга.

«Все стоят в очередях, — говорит Равит Сильва, глава автомобильной инженерной компании Motor Link Holdings в Коломбо. По его словам, баррель моторного масла, который два года назад стоил от 150 000 до 200 000 шри-ланкийских рупий (от 414 до 552 долларов), теперь стоит один миллион. Цены на краски выросли почти на 900%. «Цены меняются так быстро, что мы не можем дать предложение, действительное более трех дней».

Шри-Ланка ведет переговоры с Китаем о помощи на сумму до 4 миллиардов долларов, включая реструктуризацию китайского кредита в 1 миллиард долларов, который должен быть погашен в этом году, сообщила Bloomberg Television Палита Кохона, посол Коломбо в Китае. Около 10% внешней помощи Шри-Ланки это долг перед Китаем.

Есть надежда, что Индия сможет стать якорем стабильности, каким был Китай для Восточной Азии четверть века назад. Запасы иностранной валюты Индии увеличились в двадцать раз со времени предыдущего кризиса, который в значительной степени пощадил страну. Ее фондовые рынки выросли, поскольку инвесторы сделали ставки на обширный потребительский рынок. Но падение индийской рупии по отношению к доллару наряду с ужесточением ФРС оказало новое давление на способность Индии финансировать импорт.

Резервный банк Индии (RBI, так называется Центральный банк страны), был вынужден использовать часть своего военного бюджета в размере около 600 миллиардов долларов после того, как в этом году инвесторы вывели почти 29 миллиардов долларов из акций индийских компаний. Тем не менее, у него все еще достаточно средств для покрытия импорта примерно на девять месяцев. RBI повысил процентные ставки и, как ожидается, ужесточит их в дальнейшем, чтобы снизить инфляцию, а его глава Шактиканта Дас обещает мягкую посадку. В тоже время соседним странам на такое развитие событий приходится только надеяться.

Перевод Станислава Прыгунова, специально для «БВ»

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.