Губернатор Валерий Радаев потребовал сохранить саратовский завод РМК, но есть силы, которые желают смерти предприятия

Саратовский завод резервуарных металлоконструкций снова стал ареной борьбы. На этот раз оппоненты требуют отстранить конкурсного управляющего Александра Конева.

С момента введения процедуры банкротства, которое начато по инициативе самого предприятия, вокруг этой площадки неоднократно вспыхивали страсти.

Сегодня саратовский арбитраж будет разбирать целый ворох претензий к конкурсному управляющему Александру Коневу, большая часть копилась еще с прошлого года.

В этом списке жалоб есть все: начиная с того, что Конев якобы не сообщил кому-то из кредиторов о точном времени и месте, где можно ознакомиться с пакетом документов перед очередным собранием, и заканчивая уже набившими оскомину обвинениями в том, что управляющий не распустил работников и не остановил убыточную деятельность вверенного ему предприятия.

Конечно, если бы Конев все это сделал еще в 2018-м, то и вопросов к нему сейчас не было уже никаких. Шли бы себе торги, где все желающие разбирали по винтику, по кирпичику огромное предприятие. Вместо этого человек, выбравший для завода жизнь, а не смерть, вынужден раз за разом доказывать очевидное.

В 2019 году завод РМК особенно торопили на тот свет специалисты из налоговой службы, а сейчас усердствуют люди, которым вроде бы и нет прямой выгоды от кончины чуть ли не последнего в стране предприятия резервуарного профиля, сумевшего сохранить уникальные технологии.

Что интересно, буквально вчера губернатор Валерий Радаев решительно потребовал сохранить завод, но явные и неявные интересанты скорейшей смерти саратовского производителя никак не уймутся.

Большинство вопросов к Коневу носят формальный характер: такое чувство, что жалобщикам словно дали совет «шапками закидать» управляющего, который вопреки законам жанра не пустил гиганта индустрии с молотка. И этим могут объясняться регулярные залпы всяческих, в том числе просто абсурдных претензий, которыми позиции Конева обстреливаются не первый год.

Но вопрос быть или не быть заводу, имеет смысл бороться за жизнь или лучше повесить на ворота амбарный замок – слишком гамлетовский и фундаментальный.

Отметим, что спор о том, что лучше: остановить производство, все продать и вернуть в бюджет как можно больше долгов банкрота, или же работать на перспективу победы над кризисом и полного погашения долгов – вечен. Он отражает две разные стратегии, каждая из которых имеет смысл в сугубо конкретной ситуации.

В рамках ведомственных инструкций и сугубо фискальных подходов вполне приемлема, к примеру, линия налоговиков. Но не один только налоговый орган входит в число кредиторов саратовского завода РМК!

А подавляющая масса компаний, которым должен этот завод, уже не раз через суд заявляла, что как раз настаивает на том, чтобы предприятие работало.

Еще в июне 2018-го на собрании кредиторов за прекращение хозяйственной деятельности АО «АП Саратовский завод РМК» было отдано всего 8,5% от общего числа голосов присутствовавших кредиторов. Зато против остановки завода голосовало 43,5%.

Курс на полноценную работу предприятия кредиторы подтверждали и в 2019 году.

В отличие от ИФНС, держатели заложенных за кредиты производственных фондов завода не считали  и не считают, что эксплуатация мощностей приводит к снижению их стоимости. Именно этой точки зрения придерживаются такие крупные владельцы залогов, как ПАО «Сбербанк России», АО «ЮниКредитБанк», АО АКБ «ВЕК».

Не выдержал столкновения с реальностью и довод налоговой службы об убыточности работы предприятия. Еще в начале февраля арбитражный суд первой инстанции, досконально изучив финансовые документы, пришел к выводу, что завод РМК, несмотря на конкурсное производство, имеет солидные обороты, выработку в сотни тонн металлоконструкций, и деятельность его была бы даже прибыльной, если бы контрагенты добросовестно относились к оплате его услуг.

Кроме того, арбитраж уже подтвердил, что реализация имущества должника как производственного комплекса, то есть действующего предприятия, позволит выручить значительно большее количество денежных средств, чем продажа принадлежащей должнику недвижимости и оборудования отдельными лотами. И это не голословные утверждения, они сделаны по итогам проведения анализа финансового состояния должника и анализа рынка, на котором осуществляется его деятельность.

Отметим и то, что до недавнего времени предприятие исправно платило зарплату своему коллективу, в срок осуществлялись и текущие платежи в бюджет и социальные фонды. А это десятки миллионов рублей, приток которых в казну не останавливается.

Мы уж не говорим о том, что ежемесячно предприятие отгружает контрагентам сотни тонн металлоконструкций!

Но все это не останавливает отдельных участников процесса, преследующих узкокорыстные интересы.

Вот мнение известного руководителя крупного производства, гендиректора Саратовского электроприборостроительного завода им. Серго Орджоникидзе Дмитрия Ханенко:

 — Логика в том, чтобы все остановить, порезать, продать и хоть что-то вернуть в бюджет и в частный карман, безусловно, имеется, но эта логика ущербная. Вообще, если у нас каждый будет соблюдать только свой интерес, то на месте предприятия будет просто еще одно пепелище. Если каждый будет защищать только свое – профсоюз – работников, ИФНС налоги, акционеры свой капитал, кредиторы застрявшие долги, а прокуратура только осуществлять общий надзор – то завод РМК очень скоро прекратит существование. Важна работа на общий результат, и такой результирующей должна стать какая-то межведомственная структура в исполнительной власти. По моему мнению, Саратовский завод РМК должна вывести на новые рубежи дорожная карта, которую вместе должны составить собственники, инвесторы и областная власть, — считает Дмитрий Ханенко.

Первый заместитель Председателя Правительства области Вадим Ойкин  подчеркивает, что власть держит руку на пульсе:

 — В рамках работы межведомственной комиссии по рассмотрению кризисных ситуаций на предприятиях области мы ведём постоянный мониторинг положению дел на ЗАО «АП РМК». Все действия, принимаемые по предприятию, должны находиться  в правовом поле и учитывать интересы его работников, потенциальных инвесторов, а также влияние на социально-экономическую ситуацию в регионе. Предприятие имеет заказы и производственный план развития. Здесь важно не навредить, а позволить заводу с помощью продуманных действий выйти из кризиса, обеспечить эффективную производственную деятельность, — отмечает Вадим Ойкин.

Однако противники завода изо всех сил стараются выбить из седла идеолога его успешной работы. Сегодняшний суд должен решить, что важнее: работа и стабильность или сплошная распродажа, которая просто уничтожит предприятие.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.