Саратовский эксперт о деле журналистки Светланы Прокопьевой: бюрократическая система ищет террористов не там, где они есть, а где светло

SvetlanaДело псковской журналистки Светланы Прокопьевой может стать опасным прецедентом для всех коллег по цеху, не боящихся высказывать свое мнение.
Ситуация с уголовным преследованием опытного репортера и политического аналитика (в данной сфере Светлана несколько лет работала, в том числе, и в Саратове) всколыхнула журналистское сообщество. Следственный комитет обвиняет Прокопьеву в оправдании терроризма – именно так силовики расценили годичной давности публикацию на сайте «Псковской ленты новостей» и выступление журналистки в авторской программе «Минутка просветления» на радио «Эхо Москвы». Как публицист, она пыталась разобраться в причинах теракта в Архангельске, где 31 октября 2018 года несовершеннолетний молодой человек совершил самоподрыв в здании областного УФСБ. Виновник взрыва перед гибелью написал, что таким образом выступает против произвола со стороны силовых структур.

В своей статье Светлана искала причины, толкнувшие подростка на тяжкое преступление, и говорила об ответственности государства за то, что происходит с молодым поколением.

Уголовное дело было заведено в феврале, ему предшествовала экспертиза, которую по заказу Роскомнадзора проводил государственный «Главный радиочастотный центр». Напомним, что именно этой компании поручено до конца года полностью перекрыть весь Урал DPI-системами для фильтрации интернет-трафика в рамках исполнения закона о суверенном интернете. Сотрудники ГРЦ сходу приписали автору публикации «признание логичности, обоснованности террористической деятельности».

«Им сказали написать, что есть признаки оправдания терроризма – они написали, что есть признаки. Это подведомственное Роскомнадзору учреждение, что еще они могли написать?» — прокомментировала «БВ» эти выводы Светлана Прокопьева.

В том же духе выдержали свои заключения и другие специалисты, привлеченные следователями — «Южный экспертный центр» и Западный региональный центр экспертизы Минюста. В вину автору поставили саму попытку связать трагедию в Архангельске с ситуацией в стране.

«К делу приобщены уже две независимые экспертизы, доказывающие мою невиновность. Но поскольку с авторов не была взята подписка по процедуре УПК, следователь заявляет что это «недопустимое доказательство». Хотя УПК прописывает требования к доказательствам вины – то есть, на основании экспертизы без подписки с предупреждением экспертов об уголовной ответственности мне не могло быть предъявлено обвинение. Но в данном случае это доказательство моей невиновности, то есть ничто не мешает почитать, усомниться и закрыть это чертово дело», — поясняет Светлана.

Основной довод защиты — экспертиза, выполненная Гильдией лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам (ГЛЭДИС). Профессора, специалисты ведущих вузов пришли к выводу, что никакого призыва к терроризму или его оправдания в тексте нет.

В защиту Светланы Прокопьевой выступил Совет по правам человека при президенте РФ, который обратился в прокуратуру Псковской области, Генпрокуратуру и Следственный комитет с просьбой закрыть дело. Свое обращение направил следственным органам Союз журналистов РФ. Заявление в поддержку Светланы сделал 8 октября Союз журналистов Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Коллеги псковской журналистки из северной столицы провели две собственных экспертизы. Их выводы совпадают с заключением экспертов ГЛЭДИС — никакого публичного оправдания терроризма в публикации и выступлении на «Эхе Москвы» нет. Прекратить уголовное преследование журналистки призывал представитель ОБСЕ по вопросам СМИ Арлем Дезир.

Но привлеченные следователями специалисты, по их собственным словам, «читают между строк», и таким образом могут найти оправдания терроризма даже в тексте, автор которого старается отыскать сам корень зла. И мало одного этого «чтения между строк». Журналисту, чье дело даже не передано в суд, заранее внесли в список экстремистов и заблокировали банковские счета.

Чтобы провести в квартире Светланы обыск и отобрать главное орудие труда — компьютер, понадобилась команда в полном снаряжении и при оружии. А вступившихся за журналистку псковских коллег начали таскать на допросы. Вызвали в СК и выступившего против уголовного преследования Прокопьевой депутата местной облдумы Льва Шлосберга.

Налицо повторение в Пскове громкой столичной истории с Иваном Голуновым, с той лишь разницей, что Псков — не столица и резонанс от дела был сильнее. Неужели журналист в регионе остается с произволом один на один?

— Не так чтобы прямо один на один, — не соглашается с такой пессимистичной картиной Светлана. — Во-первых, те СМИ, которые попали под раздачу и заплатили штрафы, тоже вынуждены защищаться. Во-вторых, есть независимая редакция «Псковская губерния», которая за меня за меня. В-третьих, тут работают корреспонденты сетевых российских СМИ — 7х7, МБХ медиа, Радио Свобода — все пишут про меня постоянно. Но да, есть государственный медиа-холдинг, который делает вид, что ничего не происходит.

«Я не оправдывала терроризм. Я анализировала причины теракта. Я пыталась понять, почему молодой парень, которому жить и жить, решился на преступление-самоубийство», — пишет сама Светлана в открытом письме «Семь лет за две страницы текста».

Саратовский политолог Александр Пантелеев, оценивая ситуацию с уголовным преследованием журналистов по подобным статьям, называет причиной происходящего прочно утвердившуюся бюрократическую систему.

— Бюрократическая система работает по принципу экономии собственных ресурсов и максимальной эффективности. Показать, что у нас все хорошо, что мы боремся с терроризмом. Так она работает. Их не интересуют последствия, их интересует сиюминутный эффект и сохранение статус-кво. Вот поэтому они так себя и ведут. В России бюрократизм одержал полную и окончательную победу, — констатирует он.

Эксперт отмечает, что с терроризмом борется любое государство, но можно вести эту борьбу с теми, кто наносит реальный вред, а можно, по бюрократическому принципу, экономить усилия.

— Но отчитаться-то надо о том, что они борются. Поэтому они ищут не там, где находится объект, а под фонарем, где светло. А журналист всегда себя освещает, поэтому его легко обнаружить, — заключает политолог.

Маргарита Нерода

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.