Чем ближе финал резонансного дела, тем важнее мелочи, красноречивее детали. Уже второе заседание подряд суд отклоняет ходатайства защиты экс-гендиректора АО «КБПА» Максима Шихалова. 

В копилку абсурда

Напомним, бывшего гендиректора оборонного АО «КБПА» Максима Шихалова обвиняют в двух эпизодах по ч. 4 ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата группой либо в особо крупном размере), а за его заместителем Владимиром Пожаровым следствие числит один эпизод по ч. 4 ст. 160 УК РФ и три эпизода по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере).

Первоначально дело возбуждалось по ч.1 ст. 285.4 УК РФ - злоупотребление полномочиями при выполнении гособоронзаказа. Публику это куда больше впечатляло, нежели банальная 160-я про растратчиков. Но сову на глобус натянуть не получилось – в уголовном деле по гособоронной статье (возбуждено в марте 2025-го) следствие налепило столько фатальных ошибок, что действо это срочно пришлось сворачивать и дело
закрывать за отсутствием состава преступления.

Правда, «злоупотребитель», имея большие проблемы со здоровьем, 7 месяцев провел в многоместной камере СИЗО, - совершенно без вины. Но в глазах следователя по особо важным делам СУ СКР Этери Ковыги это, видимо, мелочи. Даже право Максима Шихалова на реабилитацию начальник следственной группы признала далеко не сразу и со скрипом.

Такое впечатление, что суровость важняка, насажавшего «технических» ляпов уже в новом уголовном деле, под занавес процесса возобладала в судье и в гособвинителе. Сторона защиты Максима Шихалова в лице адвоката Татьяны Шиловой выступила на вчерашнем, 28 мая, заседании, с ходатайством об исключении доказательств, которые нарушают требования ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса и поэтому являются недопустимыми и не имеющими юридической силы.

Речь о результатах оперативно-розыскной деятельности, в ходе которых изъятие должно оформляться через протокол, а предшествовать этому должно постановление об ОРД или ОРМ. Так, оперуполномоченный УФСБ, в марте 2025 года подавший в отношении Шихалова рапорт с рекордным количеством небылиц, без всякого постановления об ОРД осматривал телефон экс- руководителя предприятия, изъятый при его задержании.

После этого в материалах дела сведения о паролях доступа к госуслугам, банковским приложениям, личная переписка Максима Шихалова с женой. В итоге бывший гендиректор обратился с заявлением о привлечении к уголовной ответственности виновных должностных лиц.

Кроме того, еще в 2024 году ретивый оперативник УФСБ обследовал здания и транспорт КБПА, изымал предметы, документы, электронные носители. А вот протоколы с исследованиями изъятого чекист передал для приобщения к уголовному делу спустя почти год. Но органы следствия даже не проверили обоснованность ОРМ, а потому результаты мероприятий и протоколы осмотра предметов не могут, по мнению адвоката, быть признаны допустимыми, использованными как доказательства и подложенными в основу решения суда.

Но гособвинитель помощник районного прокурора Елизавета Иванова не согласилась с позицией адвоката, отказал в удовлетворении ходатайства и судья Дмитрий Кочетков.

Та же история с предметами, изъятыми в ходе обыска в доме Шихаловых. Защита добивалась исключения из числа доказательств предметов, не имеющих отношения к уголовному делу. Среди них не только памятные часы, пара золотых цепочек, детская копилка, детский мобильник и прочее в том же духе. А с предприятия оперативники изъяли договоры с поставщиками и потребителями. А в дальнейшем эти договоры, спасибо следователю Ковыге, вообще обнаружились на страницах уголовного дела. А как же секретность и государственная тайна? А здравый смысл? Зачем следствие потрошило детскую кубышку? Чего оно добивается, до сих пор удерживая этот «вещдок»? И какие цели ставила следователь, публикуя в материалах дела сведения, относящиеся к гостайне?

Дело о взятке не пошло

Кстати, еще до возбуждения дела по гособоронзаказу, Кировский следственный отдел пытался инициировать дело о том, что Шихалов якобы готовился дать взятку замначальника СО по Кировскому району Юлии Игрицкой. Видимо, «пинкертонам» очень нужно было хоть что-то возбудить против топов АО «КБПА» и поднять шумиху вокруг завода, круглосуточно работающего на оборону страны.

Из той попытки ничего не выгорело, после доследственной проверки СО отказался возбуждать дело в связи с отсутствием события преступления в действиях Шихалова. Но роль Игрицкой не помешала ей проводить обыск в жилище Шихалова, вести следствие, допрашивать свидетелей, хотя имелись обстоятельства, исключающие ее участие в производстве.

По мнению адвоката, все процессуальные и следственные действия, выполненные с участием Игрицкой, являются недопустимыми. Но прокурор и судья имели иной взгляд на эту историю, и «выселять» Игрицкую из дела отказались.

На отказ натолкнулась и инициатива защиты исключить из дела Шихалова и Пожарова все письменные доказательства, которые были получены следствием по уже прекращенным уголовным делам в отношении бывших топ-менеджеров из-за отсутствия в их действиях состава преступления. Речь о том самом деле по ч.1 ст. 285.4 УК РФ – о гособоронзаказе. Оно, как известно, было прекращено, а в новое дело – уже по ч.4 ст.160 - вошли самостоятельно выявленные эпизоды.

Этери Ковыга расследовала их всего два дня, и они не выделялись из ранее возбужденного и прекращенного дела. Не было речи и о переквалификации. Тогда почему из уже закрытого дела в новое перекочевали ряд письменных доказательств? Но судья никаких нарушений в этом не увидел.

Единственный момент, когда судья и гособвинитель пошли навстречу защите, касался переписки АО «КБПА» с соседом – заводом им. Серго Орджоникидзе. С 2016 года КБПА пытался получить от соседа дополнительные мощности по электроэнергии, но коллега на помощь не пришел. Эти письма показывают всю остроту проблемы, так что вывод прокуроров о том, что дизель – генератор для АО «КБПА» был совершенно не нужен, выглядит полной нелепостью. Будем надеяться, что этот важный вещдок сыграет свою роль.

Наталья Левенец