Ловить нечего: пандемия усилила отток жителей из Саратова, Ульяновска и Ижевска. Самара и Нижний Новгород на очереди?

Резкая миграция кадров из регионов в Москву — новый пандемийный тренд, зафиксированный экспертами. Саратов вместе с другими городами Поволжья не стал исключением. Впрочем, такая ситуация была характерна для Саратовской области и до коронавируса. Несмотря на усилия чиновников, ловить в плане зарплаты и перспектив в регионе нечего?

По данным ЦИАН, в 2020 году почти 12% спроса на аренду жилья в Москве приходилось на жителей из других городов. На 70% выросла частота обращений за услугами по переезду в столицу из таких городов, как Саратов, Ижевск, Ульяновск. Кроме того, эксперты обнаружили запросы на переезд из Ивановской области, а также регионов Северного Кавказа.

Эксперты «Октагон.Медиа» только подтверждают эту тенденцию: в Институте региональной экономики связывают это с продолжающимся падением экономки в субъектах РФ. Локации для переезда — Москва, Санкт-Петербург и северные регионы.

И это при том, что в самих регионах тоже есть работа, уверены представители нескольких кадровых агентств в Поволжье. Хотя конкурировать со столицей в плане зарплат субъектам практически невозможно.

– Например, в Нижнем трудно найти хороших рекламщиков или журналистов. Не потому, что их тут нет, просто специалисты предпочитают уезжать в Москву – до столицы от нас всего 400 километров. В Нижнем при хорошем раскладе можно рассчитывать на зарплату 45–50 тыс. рублей, а в Москве – в два-три раза больше. Вот люди массово и уезжают: пять дней работают в столице, на выходные возвращаются домой, — рассказывает специалист в сфере подбора персонала Наталья Казакова.

Участие саратовцев в этих тенденциях — не новость. С 2016 по 2018 годы из региона уехало 17,7 тыс. человек, не считая естественной убыли населения (29,9 тыс. человек). Хотя первое место по оттоку населения тогда занимала Оренбургская область (27,7 тыс. человек), а также Башкирия (18,86 тыс. человек) и Пермь (15,7 тыс. человек). Исключением среди регионов ПФО стал Татарстан, куда переехало 13,4 тыс. человек.

В 2019 году этот процесс затормозился — из региона переехали всего 5,6 тыс. человек, хотя статистика естественной убыли оказалась куда более грозной. В марте 2020 года губернатор Валерий Радаев заговорил об исчезновении не только населенных пунктов, но и целых районов. Тревогу губернатора вызывает 21 муниципальный район, где в общей сложности проживает порядка 40 тысяч человек, а работы нет вообще. Оратор подчеркнул, что 70% покидающих регион – представители трудоспособного населения, специалисты в области строительства, медицины, информтехнологий. Максимальный отток трудоспособного населения зафиксирован в Марксовском, Ершовском, Новоузенском, Аткарском районах, наибольший приток – в Энгельсе, Саратове и их районах.

В феврале же 2020 года выяснилось, что Саратовская область скатилась на 10 пунктов вниз в рейтинге качества жизни РИА Рейтинг.

Летом прошлого года подоспели и другие цифры: 5,4% (при среднероссийском 4%)  или 61 тысяча саратовцев работают за пределами региона. Это третий результат в ПФО: наиболее заметным был отток населения на заработки в Башкортостане – 160 тысяч человек (8,7%) и Чувашии – 80 тысяч человек (13,8%).

Резкий рост трудовой миграции в Саратовской области наблюдается с 2013 года: если в 2012-м отток составил 29 тысяч человек, то год спустя – уже 57 тысяч. Пик был достигнут в 2017 году, когда область потеряла 62,4 тысячи трудоспособных граждан.

Аналитики Moody’s Investors Service предсказывают, что падение экономики «приведет к ускорению внутрироссийской миграции в ближайшие два года». Переезд горожан в крупные экономические центры приведет к еще большему ухудшению ситуации в регионах — они столкнутся с долгосрочным падением доходов и замедлением экономического развития.

Эксперты считают, что наиболее серьёзный по масштабу отток экономически активного населения произойдёт в Самарской и Нижегородской областях, Чувашии и Башкирии. В группе риска — Ханты-Мансийский АО, Республика Коми и Красноярский край.

Подтверждают эти тенденции и опросы самих россиян: каждый третий житель регионов заявил о готовности переехать в том числе в Москву при потере работы. А число россиян, довольных тем местом, где живут и работают, за последние четыре года сократилось с 43% до 21%. Лучшими городами для переезда и карьеры жители страны по-прежнему считают Москву (59%), Санкт-Петербург (32%), Краснодар (27%), Сочи (24%) и Екатеринбург (23%).

Впрочем, кадровики считают, что трудовая миграция существует всегда: и до пандемии на Москву и Питер приходилось около половины всех вакансий в России. А указанные выше города всегда были в ТОПе приоритетов — здесь традиционно выше уровень доходов, имеются карьерные перспективы и варианты работы. В условиях же пандемии найти работу в Москве и мегаполисах оказалось проще, чем на малой родине.

— Сегодняшний миграционный поток в столицы в куда большей степени, чем раньше, состоит из кадров для производства и сферы услуг. Ведь пандемия, помимо прочего, ограничила миграционный прилив недорогой рабочей силы из стран СНГ, — говорит руководитель центра «Региональные исследования», социолог Дмитрий Лобойко.

Хотя, по мнению эксперта, многим из «понаехавших» все же придется вернуться домой: с отменой ограничений рынок труда довольно быстро вернется к состоянию 2018–2019 годов и мегаполисы вновь пополнятся дешевой рабсилой из республик бывшего СССР.

— Поэтому россиянам придётся возвращаться в родные регионы и вновь погружаться в свою привычную среднерусскую тоску и безработицу, — заключил он.

«Октагон» отмечает, что все эти цифры и тенденции свидетельствуют о провале Стратегии пространственного развития Российской Федерации до 2025 года. Принятый два года назад документ ставил целью «сокращение межрегиональных различий в уровне и качестве жизни населения, ускорение темпов экономического роста и технологического развития», а также «обеспечение национальной безопасности страны». В том числе за счет экономической специализации регионов.

Например, Удмуртии предписали развивать производство компьютеров и мебели, Чувашии отвели роль производителя одежды, напитков, а также резиновых и пластмассовых изделий. Правда, реализовать эту стратегию в условиях оттока квалифицированных кадров затруднительно.

Рязанский политолог Александр Семенов считает, что сложившаяся ситуация «неизбежно ведет к снижению конкурентоспособности региональных предприятий и снижению качества их продукции». И «приводит к застою в социальной и политической жизни на местах», неизбежно вызывая деградацию как самой территории, так и государственного и муниципального управления. Например, во время пандемии из Рязани в ковид-госпиталя Москвы трудоустроилось более 250 врачей. Медсестер и водителей «скорой» уже никто не считает — на столько массовой стала их миграция.

Подрастающее поколение тоже не видит себя в регионах: ученик из Ульяновска Даниил Давыдов говорит, что 80-90% его одноклассников планируют успешно сдать ЕГЭ и поступить в вузы Москвы и Санкт-Петербурга.

— К сожалению, многие считают, что у нас в городе ловить особо нечего, — заключает он.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.